НУЖЕН ЛИ БОГУ ХРАМ? Печать

 

Размышления на праздник освящения храма Воскресения Христова в Иерусалиме

Есть одна очень важная мысль, которая часто звучит в полемике православных с протестантами. «Зачем вы строите такие огромные храмы, тратите столько денег и средств на устройство места поклонения Богу, Который ясно сказал: “Наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу… Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине” (Ин.4:21, 23–24). Неужели вы думаете, что Богу нужны эти храмы, пышные облачения, дорогие убранства?» — с нескрываемым удовлетворением спрашивают нас. Но именно последняя мысль должна нас ободрить. Значит, люди, которые с нами говорят, не далеки от Православия, значит, мы сможем понять друг друга, потому что на этом и основывается православное отношение к храму: он Богу не нужен!..

Евангелие невозможно понять, если подходить к нему лишь с точки зрения Божественной логики. Христос пришел не для того, чтобы сказать нам, что нужно Богу. Бог — Вседовольный, Он ни в чем не нуждается. Спаситель открыл нам истину о том, что нужно человеку! Это очень важная мысль. Она пронизывает все Евангелие. Иначе невозможно объяснить, почему Всемогущий Бог исцеляет слепого не одним повелением, не словом только, но употребляет для этого столько ненужных веществ и непонятных действий: «Сказав это, Он плюнул на землю, сделал брение из плюновения и помазал брением глаза слепому, и сказал ему: пойди, умойся в купальне Силоам, что значит: посланный. Он пошел и умылся, и пришел зрячим» (Ин. 9:6,7). Непонятно, почему Господь, одним словом Создавший Вселенную, «не может» сразу же исцелить слепого, но несколько раз возлагает на него руки и употребляет другие действия: «взяв слепого за руку, вывел его вон из селения и, плюнув ему на глаза, возложил на него руки и спросил его: видит ли что? Он, взглянув, сказал: вижу проходящих людей, как деревья. Потом опять возложил руки на глаза ему и велел ему взглянуть. И он исцелел и стал видеть все ясно» (Мк. 8:23–25). Оказывается, в Евангелии мы видим Бога, Который приходит к нам, слушает нас и понимает наши немощи, Который разговаривает с человеком на понятном для него языке пространства и времени: насыщает хлебом голодных (Мф. 14:17–21), прикасается к глазам слепых (Мф. 20:34), телам прокаженных (Лк. 5:13), одрам мертвых (Лк. 7:14), хотя и все может совершить одним словом, мыслию. И эта евангельская правда о Создателе, это непонятное для нас Его умаление поражают, повергая в недоумение: зачем это все нужно Ему?..

Однако Евангелие открывает нам не только правду о Боге. Спаситель пришел для того, чтобы принести людям и правду о них самих. И правда эта лишена напрасных иллюзий: мы немощны и не можем одной лишь силой воли оторваться от реалий действительности, не можем не принимать во внимание того, что видим вокруг себя: «И, выйдя из лодки, Петр пошел по воде, чтобы подойти к Иисусу, но, видя сильный ветер, испугался и, начав утопать, закричал: Господи! спаси меня» (Мф. 14:29–30)…

Конечно же, храм не нужен Богу, не нужно Ему ни великолепное убранство, ни облачения, ни торжественность Богослужения. Однако это только часть правды. Есть и другая. И она также оправдана в Евангелии, как и первая. Мы – создания пространства и времени, а значит наши сердечные чувства, наше благоговение, благодарность не могут ограничиваться только душевными движениями. Бог вложил в нас удивительную связь телесного и душевного. Поэтому всякое расположение сердца естественно имеет и материальную форму выражения. И это правда Божественная, в которой сокрыта воля Создателя.

А еще первая заповедь Христовой лестницы добродетелей говорит: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное» (Мф. 5:3). А что такое «нищета духовная»? Это смирение, то есть честность перед собою. И вот эта евангельская честность побуждает нас признаться перед собою в том, что в обыденной жизни мы нечасто вспоминаем о Боге, не можем думать о небесном, когда вокруг безумно суетится мир. Даже уединенно созерцая красоту природы, мы скорее эстетически наслаждаемся, нежели благодарим Создателя. А значит, нам нужно конкретное время, конкретное пространство, «отвоеванное у греха и суеты», которое поможет наконец оторваться от мыслей о земном. Нам нужен образ, который обратит к возвышенному наш взгляд, нужно благоухание, которое отвлечет от мирских привязанностей наше обоняние, необходимо действие, которое оторвет от мыслей о будничных делах и планах наше воображение, нужно пение, которое поможет умиротворить душу от шумов безумного мира… Это и есть то смирение, с которого начинается путь к Богу, путь в храм. В этом признании нет противоречия Евангелию. Наоборот, только так и можно в нашей жизни оправдать смысл пришествия Спасителя в образе простого палестинского Плотника и распятия безумным бессильным созданием своего Всемогущего Создателя!

Господь принес человечеству правду о наших немощах и болезнях, Он явил нам и правду о Боге, Который разговаривает с человеком на доступном для него языке внешних действий и образов, посредством вещественных предметов. Это и есть Евангельская правда, которую логически понять невозможно, однако нельзя от нее убежать, не отказавшись от связи с Живым Богом. Поэтому не стоит подменять ее удобным самообольщением о том, что Бог у нас в душе, ибо Апостолы говорили о другом, они проповедовали «Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие» (1Кор. 1:23)…

Да, скажем мы твердо, храм Богу не нужен, однако он необходим человеку, которого так любит Создатель! И в этом удивительном противоречии мы ясно видим Христову правду о человеке и его общении с Богом, познаем сокровенный евангельский смысл: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16).

Роман Савчук