Сведения об обр. орг

О Семинарии

Η ελληνική έκδοση

English version

Главная

Общие сведения

Преподаватели

Бакалавриат

Магистратура

Студенческая жизнь

Выпускники

Абитуриенту

Богословские курсы

Служба Милосердия

Труды преподавателей

Издания семинарии

Труды студентов

Помощь студентам

Фотоальбом

Видеоматериалы

Аудиоматериалы

Карта сайта

Календарь - Сегодня

Календарь

Поиск по сайту

Счётчик

Главная Труды преподавателей Архмандрит Платон (Игумнов) Созерцая образ Преподобного Сергия
Созерцая образ Преподобного Сергия PDF Печать E-mail


Православное богослужение как опыт вхождения в область нездешнего, запредельного и неизъяснимого бытия включает не только воспроизведение сакраментальных текстов и действий, что само по себе является символической «иконой» духовного мира, но также включает собственно и икону святого как образ определенной духовной реальности. То, что не может быть изреченным, выражается знаком, символом. Язык иконы – это условный, символический, священный язык. Такой общепринятый в православной церковной традиции язык характерен для иконографии преподобного Сергия.
09 октября 2012 г.
Если в античном понимании образ человеческой индивидуальности есть просто εικόν – «изображение», то в христианском понимании образ прославленного святого есть «святой образ», «святая икона». Икона преподобного Сергия – это не портрет в современном художественном понимании этого слова, это иной план видения человека, имеющий свои особенности. Икона рассчитана на восприятие трансцендентной реальности, но вместе с тем икона не есть выражение исторического, психологического и художественного самоотречения. Икона сохраняет и передает индивидуальные черты личности святого, хотя эта индивидуальность представляется часто почти неуловимой: икона являет нам не обычного человека, а человека преображенного, вступившего в вечную жизнь.

Самым ранним и широко известным по репродукциям памятником иконографии преподобного Сергия является вышитый надгробный покров, датируемый обычно 1422–1424 гг. Этот покров, относящийся ко времени, последовавшему вскоре после канонизации Сергия, очень ярко выделяется индивидуальной трактовкой образа святого. Преподобный Сергий изображен в полный рост в темно-коричневой мантии, одетой поверх светло-бежевого одеяния и бледно-лиловой епитрахили. Его открытая голова украшена светлым нимбом, сложенная на плечах схима подчеркивает его высокую, слегка сгорбленную фигуру, правая ладонь простерта поверх одежд, в левой руке находится свернутый свиток.

С первого взгляда бросаются в глаза индивидуальные черты облика преподобного: лик обрамлен прядями каштановых волос, образующих на высоком челе заостренный угол; темные прямые брови, широкие скулы, впалые ланиты, тонкий удлиненный нос и близко сходящиеся глаза с глубоким, кротким и немного раскосым взглядом создают неизгладимое впечатление. Усы и большая, несколько асимметричная борода дополняют обрамление лика, исполненного внутренним миром, душевной теплотой и задумчивостью, означающей погруженность в постоянное созерцание. Сквозь общую статичность образа выступает сдержанно переданная динамичность: правая нога выдвинута вперед, виден носок сандалия, образующего небольшую складку у нижнего края одежды. В еще большей степени динамичность подчеркивается несколько асимметричным положением головы, рельефно выделенными контурами ушей, как бы обращенных для восприятия мольбы о помощи и заступничестве, и, наконец, чистым и проницательным взглядом умных и живых глаз. Статика и динамика, природная оригинальность и духовная преображенность всего облика преподобного находят свое единство в неповторимости его личности.

30 лет, отделяющие преставление Сергия от его церковного прославления, не исключают, по мнению исследователей, возможности передачи в этом древнейшем памятнике портретной конкретности его образа. Предполагается, что в первой четверти XV в. еще живы были в сознании младших современников преподобного Сергия воспоминания о его внешнем облике. Вовсе не исключено, что знаменщиком покрова мог быть племянник Сергия – Феодор, архимандрит Симонова монастыря, а затем архиепископ Ростовский, который, по преданию, написал образ преподобного Сергия еще при его жизни. Наконец, есть основания предполагать, что сама вышивальщица покрова, передавшая образ преподобного Сергия со столь редким и удивительным реализмом, видела его в последние годы его жизни. Если за отсутствием памятников иконографии письма архиепископа Феодора Ростовского поставить под сомнение известное не ранее XVII в. предание о нем как знаменщике покрова преподобного Сергия, то все же остается тот факт, что облик преподобного Сергия имел те характерные и неповторимые черты, которые в памяти его младших современников и последователей не могло стереть не столь отдаленное с момента его преставления время.

Первый покров с изображением преподобного Сергия представляет величайшую историческую ценность, обусловленную предполагаемым портретным сходством этого изображения с внешним обликом святого.

***

Следует иметь в виду, что иконы преподобного Сергия XV–XVII вв. можно рассматривать как определенный художественный ордер, где исторический реализм, знаковая символика и преображенность в трактовке образа составляют стройную целостную систему.

Наиболее яркое отражение эти основные принципы художественного ордера находят в иконах «Сергий с житием». Одну из таких икон мы видим в иконостасе Троицкого собора Троице-Сергиевой Лавры. Икона датируется концом XV в. и относится к школе Дионисия. Известно, что время Дионисия составляет новую ступень в развитии русской живописи. По замечанию М.В. Алпатова, зависимость Дионисия от рублевских традиций не подлежит сомнению. Тем более представляется вероятным предположить, что «Сергий с житием» в иконостасе Троицкого собора написан самим Дионисием. В композиционном строе иконы обнаруживается много общих черт с иконой «Димитрий Прилуцкий в житии», написанной этим иконописцем. Кроме того, как подчеркивает Т.В. Николаева, характер живописи этой иконы близок к иконам Дионисия с изображениями московских митрополитов Петра и Алексия в житии. Сам Дионисий был таким же гением, как и Рублев, его искусство такое же возвышенное и идеальное.

На среднике иконы «Сергий с житием» преподобный изображен анфас с благословляющей правой рукой и со свернутым свитком в левой руке. Его лицо отражает печать одухотворенности и вместе с тем аскетической отрешенности. Он изображен в монашеском одеянии – темно-коричневой мантии, из-под которой видна песочного цвета исподняя одежда. Его голова открыта, голубые куколь и параманд изображены в традиционном для иконографии Преподобного Сергия стиле. Золотой фон иконы почти полностью утрачен. Вокруг центрального изображения размещены по квадратному периметру 19 клейм жития: рождение Сергия (Варфоломея), явление отроку Варфоломею Ангела в виде старца-схимника, посещение старцем-схимником родителей преподобного, пострижение в монашество, борьба Сергия в пустынном уединении с бесами, поставление Сергия в игумены, молитва об умершем отроке, изведение источника, беседа преподобного с крестьянином, воскрешение отрока, явление преподобному Сергию Пресвятой Богородицы, благословение от Константинопольского Патриарха Филофея, видения огня во время литургии, исцеление слепого епископа, погребение Сергия, обретение святых мощей Сергия, два посмертных явления преподобного Сергия, исцеление слепца у святого гроба преподобного Сергия.

Живопись клейм отличается колоритным красочным характером. Архитектурные фоны написаны в неярких светлых тонах. Фигуры выполнены в стиле, характерном для Дионисия, – несколько вытянуты и изящны. Красота здесь проявляется не в классической ясности, как у преподобного Андрея Рублева, а в сложности и богатстве красок и форм. В композиции клейм нет драматизма, преобладает эпически спокойное отношение к повествованию. Цикл клейм представляет богатую иллюстрацию событий жития преподобного Сергия.

Другой иконой «Сергия с житием» является работа Троицкого иконописца XVI в. Евстафия Головкина. История создания этой иконы описана Т.В. Николаевой. Центральную часть иконы занимает поясное изображение преподобного Сергия. Подбор сюжетов жития следует за Пахомиевской редакцией жития Сергия Радонежского, составленного в середине XV в., переписанного и снабженного миниатюрами во второй половине XVI в. Но Евстафий не повторил миниатюр лицевого жития. Непосредственным образцом для него служила икона «Сергий с житием» конца XV в. работы Дионисия или его школы. Икона письма Евстафия, заключающая несомненные художественные достоинства, повторяет многие композиционные решения древнего оригинала, но в отличие от него Евстафий поместил в центре верхнего ряда над нимбом преподобного Сергия изображение Святой Троицы в древнем рублевском изводе.

Евстафию Головкину принадлежит также икона «Явление Богоматери Сергию», написанная, как и икона «Сергий с житием», на доске от верхней части гроба преподобного Сергия. Здесь все пять фигур – Богоматери, апостолов Петра и Иоанна, Сергия и Михея – изображены стоящими в рост, в отличие от более позднего извода конца ХV в., где Сергий, а иногда и Михей, изображаются коленопреклоненными у ног Богоматери. Евстафию были известны обе композиции, но он предпочел более ранний извод, впервые встречаемый в резьбе по дереву на напрестольном кресте середины XV в. троицкого резчика Амвросия. Начиная с середины XVII в. эта икона, помещенная в складень, сопровождала русских царей и императоров в их военных походах. В отличие от памятников иконографии XV–XVI вв., которые достаточно изучены и не допускают, хотя полностью и не исключают, возможности явиться в этой области первопроходцем и первооткрывателем, памятники иконографии преподобного Сергия XVII–XIX вв. ждут своих будущих исследователей.

***

Иконография преподобного Сергия связана с его церковным и литургическим почитанием. Икона святого является неотъемлемой частью совершаемого в честь него богослужения. Она рассчитана на созерцание и на совершающееся в глубине души молитвенное общение с изображенным на ней святым. В житийных иконах преподобного Сергия изображения событий жития и центральный образ являют нам образ святого в его динамичности и статичности, которые соотносятся между собой как время и вечность. Сюжеты жития раскрывают хронологическую последовательность событий жизни святого от его рождения до преставления и посмертных явлений и образуют замкнутый цикл – круг, некий подвижный образ вечности. Центральный образ запечатлевает, наоборот, неподвижный образ земного времени святого, его лик, всецело принадлежащий вечности. Все, динамически приобретенное в личном подвиге духовно-нравственного восхождения, в опыте жизни преподобного Сергия, находит свое ясное и чистое выражение в его внешнем облике, запечатленном в иконе. Здесь нет никакого противоречия, никакой рисовки, неестественности или искусственности, никакого вопроса или сомнения, никакой заинтересованности. Преподобный Сергий здесь открыт для вечности, для постижения высшего и абсолютного Блага в его бескорыстном созерцании.

Идеальная соразмерность всех сторон внутренней жизни преподобного Сергия запечатлелась в его внешнем облике как естественное и чистое ее оформление, как классический принцип ее организации, выразительности и завершенности, как неподражаемое и ни на что не сводимое в своей оригинальности и единственности благообразие.